Подборка книг по тегу: "тёмное фэнтези"
Морн — вестник смерти, воплощение холода и границы между мирами.
Лея — целительница, которая умеет поддерживать тепло и свет, даже когда тьма подступает вплотную.
Когда Равновесие решает стереть любое отклонение от порядка, Морн и Лея бросают ему вызов: не силой, а выбором быть рядом.
Им предстоит доказать, что граница — не глухая стена, а мост, и что даже в самой глубокой тьме можно сберечь тепло.
Лея — целительница, которая умеет поддерживать тепло и свет, даже когда тьма подступает вплотную.
Когда Равновесие решает стереть любое отклонение от порядка, Морн и Лея бросают ему вызов: не силой, а выбором быть рядом.
Им предстоит доказать, что граница — не глухая стена, а мост, и что даже в самой глубокой тьме можно сберечь тепло.
💥🐺Роман дописан💥🐺
Я Мариса из клана оборотней-лис, наполовину лис, наполовину человек. Спасаясь бегством вместе с маленькой сестрой, я оказалась в услужении у Владетельного лорда северных земель. На нас открыта настоящая охота. Кто согласится приютить нас, если не тот, кто сам скрывает свою вторую сущность?
Я Мариса из клана оборотней-лис, наполовину лис, наполовину человек. Спасаясь бегством вместе с маленькой сестрой, я оказалась в услужении у Владетельного лорда северных земель. На нас открыта настоящая охота. Кто согласится приютить нас, если не тот, кто сам скрывает свою вторую сущность?
Красавица-маркиза Маргарита фон Шталь несколько лет ищет по всей Вселенной убийцу сестры, консула-эльфа по имени Альнор.
И наконец - находит. В борделе под названием "Тихий сад".
Как Альнор попал туда? Почему он превратился из знатного аристократа в жалкую игрушку, забаву для богатых дамочек?
Теперь Марго предстоит разобраться с этим. И, конечно, отомстить - страшно и жестоко!
И наконец - находит. В борделе под названием "Тихий сад".
Как Альнор попал туда? Почему он превратился из знатного аристократа в жалкую игрушку, забаву для богатых дамочек?
Теперь Марго предстоит разобраться с этим. И, конечно, отомстить - страшно и жестоко!
— Удобно? — осведомился он, запрыгивая сзади. Одной рукой он забрал у нее повод, вторую положил на луку седла рядом с ее бедром. Железные пальцы оказались в опасной близости от ее колена.
— Тесновато, — выдохнула она, чувствуя, как бешено колотится сердце. То ли от дерзости, то ли от запаха мужского пота и оружейной смазки, бьющего в ноздри. — Но тепло. Признайте, охотник, вам нравится держать еретичку на коленях. Это пикантно.
— Я держу доказательство своей профнепригодности, — отрезал он, сдавливая ее бедра своими, заставляя сидеть неподвижно. — Еще одно слово про Устав, и остаток пути ты проведешь поперек седла, привязанная вниз головой. Воздух прочистит тебе мозги.
— Попытка удушения пленника у вас тоже карается дисциплинарным взысканием, — промурлыкала она, намеренно расслабляясь и глубже откидываясь на него. — Придется писать сразу два рапорта. Или все-таки обойдемся без бумажек?
_________
Читайте также: https://litmarket.ru/books/institut-blagorodnyh-pokoynic
(другой мир)
— Тесновато, — выдохнула она, чувствуя, как бешено колотится сердце. То ли от дерзости, то ли от запаха мужского пота и оружейной смазки, бьющего в ноздри. — Но тепло. Признайте, охотник, вам нравится держать еретичку на коленях. Это пикантно.
— Я держу доказательство своей профнепригодности, — отрезал он, сдавливая ее бедра своими, заставляя сидеть неподвижно. — Еще одно слово про Устав, и остаток пути ты проведешь поперек седла, привязанная вниз головой. Воздух прочистит тебе мозги.
— Попытка удушения пленника у вас тоже карается дисциплинарным взысканием, — промурлыкала она, намеренно расслабляясь и глубже откидываясь на него. — Придется писать сразу два рапорта. Или все-таки обойдемся без бумажек?
_________
Читайте также: https://litmarket.ru/books/institut-blagorodnyh-pokoynic
(другой мир)
💼 Восемь лет я держала улыбку голосом, пока в трубку орали за чужие косяки. И вот в разгар особо душевного клиента у меня темнеет в глазах. Занавес.
Открываю глаза уже в другом мире. В теле пышной наследницы. По уши в долгах 🙃
Только долги тут с огоньком 🔥 Кредиторы демоны, расписки живые, а не заплатишь заберут душу. Твою и всех твоих слуг. Навсегда.
😈 И приходит по мою душу сам старший коллектор Гильдии: красавчик, лишние зубы, голос как холодный шёлк. Кладёт свиток: «Подпиши, дорогая».
А я сажусь поудобнее и мило так: «Благодарю за обращение. Перед тем как продолжим, позвольте уточнить пару деталей» 💅
Потому что паникёрша сдаётся, а я профессионал. Безвыходных ситуаций не бывает, бывает плохо подготовленный разговор.
🐲 девять демонов, которых я усажу за один стол
💰 реструктуризация, от которой у преисподней задымится
🖤 демон, который вместо души попросит добавки пирожка
✨ героиня, которая любит себя без диет и извинений
Открываю глаза уже в другом мире. В теле пышной наследницы. По уши в долгах 🙃
Только долги тут с огоньком 🔥 Кредиторы демоны, расписки живые, а не заплатишь заберут душу. Твою и всех твоих слуг. Навсегда.
😈 И приходит по мою душу сам старший коллектор Гильдии: красавчик, лишние зубы, голос как холодный шёлк. Кладёт свиток: «Подпиши, дорогая».
А я сажусь поудобнее и мило так: «Благодарю за обращение. Перед тем как продолжим, позвольте уточнить пару деталей» 💅
Потому что паникёрша сдаётся, а я профессионал. Безвыходных ситуаций не бывает, бывает плохо подготовленный разговор.
🐲 девять демонов, которых я усажу за один стол
💰 реструктуризация, от которой у преисподней задымится
🖤 демон, который вместо души попросит добавки пирожка
✨ героиня, которая любит себя без диет и извинений
Чтобы спасти свой род от верной гибели, леди Вэйлор отправляется на Черный рынок, где покупает пленника, которого семь столетий считали лишь страшной легендой.
И теперь последний Первородный демон принадлежит ей. По крайней мере, так говорит печать на ее руке.
Вот только он не похож на раба: слишком спокоен, слишком опасен, и слишком хорошо знает цену человеческой власти.
Пока северные дома плетут интриги и готовятся к войне, между хозяйкой и ее пленником начинается игра, победителя в которой может и не быть.
И теперь последний Первородный демон принадлежит ей. По крайней мере, так говорит печать на ее руке.
Вот только он не похож на раба: слишком спокоен, слишком опасен, и слишком хорошо знает цену человеческой власти.
Пока северные дома плетут интриги и готовятся к войне, между хозяйкой и ее пленником начинается игра, победителя в которой может и не быть.
Существует два типа людей: одни слушаются родителей, а другие в старости пишут мемуары. Я, кажется, отношусь ко вторым.
Моя жизнь превратилась в сказку за пять минут до того, как я поняла, что это — не сказка. Меня перевели в элитный лицей по гранту (спасибо бизнесмену, которого я вытащила из реки). Меня игнорируют за дешёвые джинсы. А единственный парень, который на меня посмотрел, оказался…
Чудовищем.
Да-да, самым настоящим. С рогами, клыками и шерстью. Он спас меня от бандитов, вытащил из озера с русалками — и запер в своём замке. А теперь боится показаться на глаза.
Но и это ещё не всё.
Меня ищет Кощей Бессмертный. А ещё говорят, я — «чистая душа», которая может снять проклятие и спасти магию. Только вот никто не спросил, готова ли я к этому дурдому.
Моя жизнь превратилась в сказку за пять минут до того, как я поняла, что это — не сказка. Меня перевели в элитный лицей по гранту (спасибо бизнесмену, которого я вытащила из реки). Меня игнорируют за дешёвые джинсы. А единственный парень, который на меня посмотрел, оказался…
Чудовищем.
Да-да, самым настоящим. С рогами, клыками и шерстью. Он спас меня от бандитов, вытащил из озера с русалками — и запер в своём замке. А теперь боится показаться на глаза.
Но и это ещё не всё.
Меня ищет Кощей Бессмертный. А ещё говорят, я — «чистая душа», которая может снять проклятие и спасти магию. Только вот никто не спросил, готова ли я к этому дурдому.
Финал цикла. История завершается.
Впервые за три года Глеб выспался. Мёртвая нога не разбудила его под утро, в груди ничего не скулит, и он ловит себя на том, что по этому поводу не чувствует ровно ничего.
Это не выздоровление. Это счёт, который ему выставили: он отдал последнее живое, что в нём оставалось, и стал наконец тем, кого из него двенадцать лет растили — пустым и очень сильным.
Земля уходит по суду, а вместе с землёй ломается ключ, ради которого его берегли. В доме сидит человек, который восемнадцать лет назад отпер ворота его убитым отцу и матери. За воротами — те, у кого не идёт пар изо рта, и правда про них хуже, чем всё, что он о них думал.
А под полом дышит Источник, и Дверь в старице открывают изнутри.
Он дойдёт. Он всегда доходит. Вопрос только в том, останется ли к концу этой дороги кто-нибудь, кто сумеет отличить его голос от чужого — и скажет ему «это ты», когда он сам уже не разберёт.
Впервые за три года Глеб выспался. Мёртвая нога не разбудила его под утро, в груди ничего не скулит, и он ловит себя на том, что по этому поводу не чувствует ровно ничего.
Это не выздоровление. Это счёт, который ему выставили: он отдал последнее живое, что в нём оставалось, и стал наконец тем, кого из него двенадцать лет растили — пустым и очень сильным.
Земля уходит по суду, а вместе с землёй ломается ключ, ради которого его берегли. В доме сидит человек, который восемнадцать лет назад отпер ворота его убитым отцу и матери. За воротами — те, у кого не идёт пар изо рта, и правда про них хуже, чем всё, что он о них думал.
А под полом дышит Источник, и Дверь в старице открывают изнутри.
Он дойдёт. Он всегда доходит. Вопрос только в том, останется ли к концу этой дороги кто-нибудь, кто сумеет отличить его голос от чужого — и скажет ему «это ты», когда он сам уже не разберёт.
Его руки скованы за спиной. Его тело бьет странная дрожь, а глаза черные-пречерные из-за широких зрачков. Он не хочет моей помощи. Не говорит, что с ним. Но вскоре я узнаю, что единственная могу облегчить его страдания. Но заходить в клетку к этому дикому эльфу слишком опасно.
Меня позвал к себе самый страшный человек столицы.
Только он не знает некоторых вещей. Я – сын того, кого он свёл в могилу.
Я вижу людей насквозь, до последней тайны, которую они прячут даже от себя. И что у меня в груди то, за что таких, как я – жгут без суда.
Я вошёл в его дом с поклоном и улыбкой. Не гостем – хирург заходит внутрь, чтобы вскрыть.
Столица думает, что приручила ещё одного мальчишку из глуши.
Столица ошибается.
Только он не знает некоторых вещей. Я – сын того, кого он свёл в могилу.
Я вижу людей насквозь, до последней тайны, которую они прячут даже от себя. И что у меня в груди то, за что таких, как я – жгут без суда.
Я вошёл в его дом с поклоном и улыбкой. Не гостем – хирург заходит внутрь, чтобы вскрыть.
Столица думает, что приручила ещё одного мальчишку из глуши.
Столица ошибается.
Выберите полку для книги